шаблон анкеты
гостеваяхочу к вам
сюжетfaqканоны гп
внешности и именатруд и оборона
«...Что стоит за попытками миссис Грейнджер привлечь внимание фотокамер и быстропишущих перьев на свою, простите, Ж.О.П.? Тоска по первым полосам газет? Жалкие попытки поверженного колосса вновь встать на глиняные ноги? Или же нам действительно стоит ждать триумфального возрождения из пепла? Пока что нельзя сказать наверняка. Собранная из ближайшего окружения Грейнджер, Женская Оппозиционная Партия вызывает больше вопросов, чем ответов, — и половина из них приходится на аббревиатуру. Воистину, годы идут, а удачные названия по-прежнему не даются Гермионе Грейнджер...»
«Воскресный пророк» 29 августа 2027
Рейтинг Ролевых Ресурсов - RPG TOP
Пост недели
от Эвелин Найтингейл:

Дракула сейчас точно в гробу перевернулся. Несколько раз. Что за неуважение к традициям?! Где первобытный страх и ужас в глазах, где крики "я слишком молод чтобы умереть"? Эвелин так давно никого не убивала, что почти забыла как приятно это — загонять испуганную жертву в угол и не давать путей к отступлению, уже настроила себя, предвкушала наслаждение от тёплой крови, стекающей по лицу и рукам, от ее запаха, мягко отдающим железом, практически придумала даже, как избавится от трупа мальчишки, но весь этот прекрасный антураж прямо с разбегу разбивался об стену под названием "тупость". >> читать далее

HP: Count Those Freaks

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » HP: Count Those Freaks » Завершённые эпизоды » friends in town


friends in town

Сообщений 1 страница 11 из 11

1

friends in town
here's your new year's presents

http://s3.uploads.ru/wo28d.gif http://s8.uploads.ru/dRP2q.gif

ВРЕМЯ: 31 декабря 2022
МЕСТО: съемная квартира Джеймса на Косой Аллее
УЧАСТНИКИ: Veronica Krum & James Potter

КРАТКОЕ ОПИСАНИЕ:
Not that I don't wanna try,
I tell myself it's fine.

Отредактировано James Potter (2018-10-06 13:37:28)

+3

2

I've got no roots
But my home was never on the ground

Новогодний Лондон слепит огнями и пьянит классическим глинтвейном, рассыпается в звуках кружащихся парковых каруселей и тонет в запахе свежеиспеченных яблок в карамели. Новогодний Лондон - классически теплый, будто сошедший со страниц книги про призраков Рождества, но столько же холодный, если ты, подобно Скруджу, остаешься в этом городе один. Вероника была рада вернуться в Британию, но прятала в глубине своего сердечка грустное осознание: после ее внезапного переезда в Штаты здесь ее никто не ждет. Совсем.

Бабушка, сестра и отец уже были в Болгарии - на Рождество прислали оттуда письмо-поздравление и деньги, будто сама Вероника ими так и не разжилась. Где был Саша - она узнала от Катарины лично, и не могла сказать, что слишком обрадовалась услышанному - знала, что как и любой Крам, брат сбегал из страны и собственной зоны комфорта тогда, когда в жизни все остро не ладилось. Вроде как если не решать навалившиеся проблемы, а просто сменить дислокацию и круг общения, ненужные трабблы отвалятся сами собой. Гребаная житейская мудрость всей ее семьи. И Ника переживала за него куда больше, чем вообще способна была волноваться за себя. Хотелось найти его, обнять и извиняться за все дерьмо, а ведь Вероника даже не представляла, как это - извиняться перед братом. Им никогда раньше не приходилось заниматься подобным дерьмом - не потому, что они забивали на обиды, а потому, что никогда раньше друг перед другом не косячили. Впрочем, где-то в глубине души Крам догадывалась, что в ближайшее время извиняться ей придется много.

В новогоднюю ночь на улочках Лондона чувствуешь себя особенно одиноко. Постояв немного на сияющем от огней Трафальгаре, Ника вспоминает, как они с Сашей, папой, Эшли и еще совсем малышкой Катариной празднуют здесь наступление такого далекого сейчас 2012-го. Ника светится от счастья круче любого китайского фонарика, а Саша наблюдает за самым масштабный во всей Британии фейерверком. Тогда девятилетней Нике казалось, что они все - Саша, Катарина, папа и Эшли, - навсегда останутся семьей. Святая детская наивность. Уже в следующем году вместо новогодней прогулки с родными Виктор сбегает на ежегодный корпоратив в Ведьмополитане. Стиснув зубы покрепче, Ника закрывает глаза. Еще полминуты - и она скрывается в переулках домов.

На Косой Аллее не протолкнуться - маги в парадных (и не очень) зимних мантиях, волшебницы в шапках, украшенных остролистом и помпонами, радостный свист и дети, пронесшиеся стайкой мимо, чуть не уронив Крам в сугроб. Ее впервые не бесит чужое прикосновение - даже становится чуточку смешно. Она вспоминает позапрошлый Новый Год: они с Сашей сбегают из Болгарии через самопальный портал, чтобы очутиться здесь. Возле главного фонтана их уже жду Дурсли, Поттер и Винни в очаровательной розовой шапке. И они кутят всю ночь, не особо задумываясь, что, обнаружив наутро пустую комнату близнецов, Виктор будет в ярости. Тот год был легендарен. Они с друзьями были легендарны. А потом все просто закончилось... Ника старается отпустить мысли и замечать меньше, чтобы чувствовать себя не так паршиво сегодня совсем одной. Карман ее жжет небольшая картонная открытка с незамысловатым "Мэрри Икс-Мас, жопа" и адресом квартирки где-то в Косом переулке.

Джеймс. Так странно было понимать, что о твоем существовании в праздничную неделю вспомнил только один человек - тот, с кем вы искренне ненавидели друг друга больше десяти лет. И Вероника не знала, имеет ли право вот так просто заявляться к нему на порог в разгар праздника, но знала, что идти ей больше не к кому, а нужный дом - уже перед ее носом. Так было ли что терять? В худшем случае, он пошлет ее к дракклу, и это не изменит ровным счетом ничего.

- Здравствуйте. - натыкаясь на сушеную голову прямо на входе в коридоры, Ника тормозит и слегка смущается - раньше ей доводилось видеть зачарованные головешки только в Африке, и экспириенс это был странный. Здесь же сушенная голова, по всей видимости, выполняла функцию консьержа для бедных. По крайней мере, Ника почувствовала необъяснимое сходство с вредной бабулькой-полугоблиншей, что заведовала входами и выходами в доме папы и Эшли в далеком 2012-ом. - Я ищу Джеймса Поттера. Тут значится, - Крам достала из кармана открытку, на которой какие-то угашенные собачули сношали друг друга под наряженной елкой, и вчиталась в адрес отправителя еще раз. - апартаменты 6B. Я заскочу?..

- О тебе не предупреждали, - прокряхтела головешка, и Ника закатила глаза.

- Конечно, не предупреждали, это же сюрприз.

- Хуюприз. Нет имени в списке - нет посещения.

На секунду Ника даже замялась. Но лишь на секунду...

- Так.

* * *
Из сумки ее что-то премерзко бубнило, пока Крам спешила вверх по лестницам. Дурацкая головешка была сильнее, чем девушка предполагала, и уже почти дожевала платок, которым Ника додумалась заткнуть похищенному рот.

- Эй, полегче там, - шикнула она в свою сумку, - Если будешь хорошим мальчиком, я даже не скину тебя в мусоропровод и верну откуда взяла. [icon]http://sg.uploads.ru/DBtNM.png[/icon][sign]http://s5.uploads.ru/4AxqV.png
Поттер одевает <3
[/sign]

+5

3

[icon]http://funkyimg.com/i/2LZga.png[/icon]
T h e s e  f r i e n d s  o f  m i n e  w i l l  c o m e  a n d  g o,
I' m  t h e  f i r s t  t o  l e a v e  a n d  l a s t  t o  k n o w

Не удивительно, что особо остро разрозненность их бывшей школьной компании Джеймс ощутил только к новому году. Вроде полгода прошло, но это были полгода, в которые ему дышать было некогда, не то что весело проводить время, как в каждый второй вечер в Хогвартсе. Было круто - выпендриваться и знать наверняка, что будет завтра, что не надо думать на что пожрать и как не проебать съемную квартиру. Ему исполнилось 18, и он почувствовал себя на пике силы и независимости. За спиной больше не было отца, не было висящего как вечный нож гильотины сыновнего долга, но и соломку теперь в случае чего подстелить было некому, а мама вечером не приготовит пожрать. И работу он вроде нашел довольно быстро, он же Джеймс Поттер, еще бы он не выкрутился, но с этим тоже пока все было довольно пыльно. Слишком много "но" образовалось в его независимой жизни, под которые приходилось подстраиваться.

Несмотря на все, традиционное Рождество в семейном кругу прошло как всегда тепло. За исключением некоторых весьма неловких моментов. Например, когда кто-то начинал толкать тост за то, какой он молодец и какой крутой риэлтор. Или кто-то (маман) стебал его за то, что он променял небо на гнезда. А мог бы стать звездой. Тонко, спасибо. Перед этим, кстати, пришлось трижды клятвенно заверить бабулю, что он живет не под мостом, ест нормально, работает тоже, а после - свалить в свою комнату.

Вернуться на Косую Аллею на следующий день было одновременно и облегчением - тут не надо врать никому, кроме себя, - и тягостью, потому что, признаться, в контрасте между шумной семьей, дом полная чаша, и вот этим вот всем, его квартирка выглядела довольно пустовато. И елка была не такая пушистая, и индейка в холодильнике из кафе напротив, а не мамина, и камин потушен, и слишком чисто. Ужасно чисто. Хочется раскидать по комнате какого-нибудь дерьма, чтобы было видно с ходу, что тут жилое помещение, а не место, в которое Джеймс возвращается только ночевать.

Он понимал, что засирать квартиру было не лучшей идеей, поэтому решил сделать самую умную вещь, до которой смог додуматься, - встретиться с Дарлой. Лучше б индейку размазал по полу в гостиной, честное слово. Как так вышло, что в одно мгновение они обнимаются, а в другое - он высказывает ей все, что думает по поводу ее волшебных старых-новых знакомых и их, а теперь и ее, идей, в не самых лестных выражениях. Это вроде как было в списке дел, которые доделывают в уходящем году, но можно было и помягче. Итого: посраться с лучшей подругой детства - чек. Пожалеть об этом - чек. Сделать вид гордой, принципиальной свиньи - чек, чек, чек. 

Теперь оставалось только гордо сидеть в Лондоне в одиночестве. Под новый год. И тут мы возвращаемся к тому, что отсутствие компании особо остро ощущается в праздники, когда забухивать приходится с незнакомыми рожами. Дурсль свалил на тисовую, прихватив Брэйди. В теории, Джеймс мог бы присоединиться, но там могла быть Дарла, а с ней он пересекаться в ближайшее время не хотел по понятным причинам. От Крама и Нормана он ничего не слышал уже сто лет, а Ника была в Америке с Вульфом, и все с ней контакты сводились к отправке идиотской открытки на Рождество. И то на спор. Может, оно и к лучшему, Поттер за это время подостыл со своими сомнительными идеями и мыслишками на ее счет. Выкидывать из головы всякое было гораздо проще, когда это всякое не вертелось под носом.

Сидеть на диване в пустой квартире и потягивать пивас, постукивая ногой по полу в такт какой-то глупой праздничной песенке по радио было, конечно, очень весело. Если тебе уже исполнилось 128. Поттер не собирался хоронить себя в этом моральном говне и на полном серьезе собрался туда, где праздник не заканчивается никогда - в Тентакулу. Если б курсе на пятом ему кто сказал, что он будет отмечать новый год в стриптиз-клубе - он бы охуел от крутости взрослого себя. Сейчас он почему-то уже не ощущал себя таким уж крутым. 

---

В прихожей он хлопает себя по карманам, чтобы убедиться, что взял все самое необходимое и стартовать в ночь, навстречу приключениям. Не сидеть же на жопе ровно. Приключения столкнулись с ним гораздо быстрее, чем он мог себе представить. Джеймс, буквально, чуть не ударил приключения по лбу открывающейся дверью.

- Изви... Поттер подвисает на несколько секунд и даже не отходит на приличное расстояние, не вторгающееся в чужое личное пространство. Так и стоит лоб в лоб с Крам, потому что ожидал встретить на пороге скорее Санту, чем Нику. 

Первый инстинкт - сказать "Привет, жопа". Но приветствия для слабаков. Приветствия для тех, кто хочет подчеркнуть факт расставания. Джеймс обходится без приветствий, потому что на самом деле хочет сделать вид, что выпускной был вчера, и не было этих шести месяцев вовсе. Молчание как-то затягивалось, а охеревшее выражение лица ему не очень шло. Из сумки Крам доносятся подозрительно знакомые звуки.

- Ты чо, консьержа сперла? Добро пожаловать обратно в Грейт Бритн.

Отредактировано James Potter (2018-11-06 19:58:14)

+4

4

Ника уезжала в Америку полгода назад потому, что так было лучше для ее жизни - по крайней мере, так она думала, цепляясь за ладонь Вульфа, когда самолет (так Итан называл стремную железную ракету с чертовски неудобными креслами) заходил на взлет. Она верила в перспективы и то, что все сложится - тогда Крам еще не знала, что такое сокрушительные поражения. Вместо чистого неба и будущей семьи с самым невыносимым квиддичистом Америки ее ждал ненавистный ей дождливый Сиэтл и первое серьезное разочарование в мужчине, которого она любила. Вероника возвращалась в Лондон, казалось бы, поджав хвост - Штаты сломали в ней что-то, но она никогда не признается в этом вслух, потому что когда не говоришь о чем-то, оно вроде и не существует. Открытка Джеймса не жгла карман - она грела сердечко девушки надеждой, что ее прежнюю жизнь еще можно собрать по крупицам. Не сразу, Ника даже была уверена, что это займет у нее не один год. Но если хотя бы Джеймс ждал ее (не сегодня, не сейчас - в принципе ждал), она знала - спасение возможно.

Крам мнется у двери в его квартиру и не решается подать знак. Что она скажет ему? "Извини"? За что "извини"? За то, что жила своей жизнью, за то, что уехала, потому что считала, что в Америке ее ждет будущее? За то, что ошиблась и налажала? Но она ведь всего лишь человек, а людям проебы свойственны. Извиниться за то, что не писала ему? Ну так им и не по двенадцать лет. И вроде бы, она никогда ему ничего не обещала, потому что он не требовал, но где-то под ребрами комом сжалось невесть откуда взявшееся царапающее чувство вины. И Ника шикала на него в надежде, что оно испугается и испарится, как соседская вороватая кошка, но с каждой минутой оно лишь росло. Крам поднимала руку, чтобы постучать - и одергивала себя. Выстраивала речь в голове - и выкидывала ее прочь, сбиваясь. Понимала, что у нее срывается дыхание, а живот и всю грудь скрутило так, что хочется свернуться в клубок, полный стресса и ужаса, и просто испариться. Очередной волной на нее накатывает мысль, что она пришла зря, и нужно бежать - и она гонит эту мысль от себя, но не слишком уверенно. Головешка в сумке что-то бубнит, но Ника отмахивается от нее как от назойливой мухи. Видит Мерлин, если бы все ее проблемы сводились к дурацкому импульсивному похищению, она жила бы словно на курорте.

Она вновь собирает волю в кулак и делает шаг к двери, чтобы постучать, а в мыслях скачет шальное "Тридцать первое декабря - его наверняка нет дома". Очень удобно и совсем не страшно становится от мысли, что она попытается, но не преуспеет. Но еще чуточку грустно - потому что, вроде как, все без толку, и она будет сотрясать воздух зря. Ника не успевает что-то сделать или не сделать - дверь вдруг открывается, и она вовремя отскакивает назад, чтобы ее случайно не припечатало в лоб. И дыхание ее замирает, а сердце разгоняется как крылатый конь на дерби, и стучит так громко, что ей кажется, будто это слышит весь этаж. Джеймс тоже застывает как вкопанный, таращится на нее своими охреневшими карими глазами, и оба молчат. Собраться с мыслями предательски не получается, и Крам может думать только о том, как скучала, и что он чертовски красивый - полгода с момента выпускного изменили его, кажется, совсем немного, но качественно. Он словно сошел с обложки Ведьмополитана с выпуском о современных рок-звездах, и у Крам все не пропадает навязчивое желание откинуть назад его спадающую на глаза челку. И Ника молчит потому, что принципиально не говорит людям слов "Я охренительно соскучилась" или "Ты хорош как боженька", но другие ее мысли испаряются из головы как спасительный алкоголь из крови.

- Ты чо, консьержа сперла? - Поттер наконец прерывает молчание, и Ника палит буквально первое, что появляется у нее в голове.

- Да. - самоуверенная и наглая, как и всегда, она держится так невозмутимо, как вообще только умеет, - И он идет с нами, покажем ему большой и страшный мир.

Из сумки с новой силой доносится ворчание, но Ника, не сводя глаз с Джеймса,  легонько лупит по ней локтем - и, обиженно фыркнув, головешка затихает. Крам символически протягивает Поттеру руку - для того, чтобы знать, что хотя бы его сегодня она не похищала,  - и в любую секунду готова трансгрессировать в маггловский центр города. Почему? Понятия не имела, она просто так чувствовала. Чувствовала, что хочет туда с Поттером, и понятия не имела, что будет делать, но, видимо, сориентируется на месте. Мерлин, да она даже сейчас не понимала, что делает, но ей впервые за вечер стало не только страшно, но и весело.[icon]http://sg.uploads.ru/DBtNM.png[/icon][sign]http://s5.uploads.ru/4AxqV.png
Поттер одевает <3
[/sign]

+4

5

[icon]http://funkyimg.com/i/2LZga.png[/icon]
Ника осталась Никой.
Он и не предполагал, что за полгода у нее отрастет вторая голова, или она внезапно превратится в божий одуванчик, а на его пороге объявится с буклетиком какой-нибудь секты и словами "не хотите ли поговорить о душевном успокоении".
Джеймс оставался Джеймсом, поэтому в такой ситуации не раздумывал.

- Я поведу. Поттер берет протянутую руку Крам и аппарирует туда, куда изначально и собирался. В Тентакулу. Он уже успел подумать, что у него есть четыре варианта. Выгнать Нику - сразу нет, как минимум, потому что было интересно, какого ляжна она к нему притащилась. Остаться с ней дома - можно, но не особо хочется: если они оба будут усиленно делать вид, что никакой неловкости нет, неловкости будет только больше. Оставаться вдвоем пока было так себе идеей. Пойти туда, куда поведет Ника - можно, но не хочется. Она и без того, влетела в его приближающуюся к размеренности (брехня) жизнь пушечным ядром из прошлого. С чего бы ей еще и решать, куда им идти? Поэтому Джеймс выбрал четвертый вариант - пойти в Тентакулу и заказать чего-нибудь покрепче. Без стакана сегодня общаться с Крам он был не готов.

Он порывисто шагнул с порога в клуб, чтоб не любоваться вечерним Лютным. Внутри по крайней мере можно было чувствовать себя человеком, а не отбросом общества. Да, он разумеется догадывался, что за показательной помпезностью Тентакулы скрывается что-то довольно мрачное и неприглядное, но Джеймс был готов жрать эту помпезность и не давиться прямо сейчас. Потому что мрачноты ему и своей хватало, если так подумать. Поттер предпочитал не думать об этом вообще. Он уверенно двигался к бару сквозь блеск мишуры, стразы на откровенных костюмах местных обитателей, густую цветную дымку - не понятно дело антуража или реальный побочный эффект употребления, - сладковатый запах новогодних коктейлей и парфюма здешних девочек (если это не одно и то же). Он двигался как таран и не сразу сообразил, что тащит за собой Нику, до сих пор не отпустив ее руки. 

В Тентакуле шумно. Не только общий гомон, но и музыка бьет по мозгам. Почти так же сильно, как мелькающее в цветных всполохах лицо Крам. Это охуительное лицо, самоуверенный взгляд. Все, что скрывается за. Одновременно сложно и просто признаться, что скучал. Потому что да, пиздец как скучал, и нет, нельзя было позволять себе. Ведь параллельно включалось эгоистичное желание вернуть. Он смотрит на нее и знает, что не сможет смотреть ни на одну вокруг так же. И это существенно бьет куда-то под дых. 
Хорошо, что они среди людей. Можно прикинуться, что чего-то не расслышал, или не говорить о серьезном, потому что "ты же все равно не услышишь", можно вообще не говорить, но это, во-первых, утопия, а во-вторых, тогда придется просто продолжать смотреть, а Джеймс не был уверен, что это безопасно. Особенно здесь. 

Какого черта она вообще забыла в Британии? Где Вульф? Выскочит из-за барной стойки через две минуты и даст ему по роже за то, что утащил его девушку в клуб? Что ты делала на моем пороге? Моем пороге. Почему не Уэйд? А может быть ты была у Уэйда, но никто не открыл дверь? Я был первой инстанцией или просто последним, кто остался в городе? Задавать вопросы - себе дороже. Нужно просто щелкнуть, переключить мозг с рабочего состояния "я докопаюсь до сути и решу проблему" до родного "своя проблема рассосется сама собой". Поттер не задает лишних вопросов близким знакомым. Расскажут сами, если захотят.

Зачем, Ника? Мы так прекрасно не общались. Нихера не прекрасно, но я уже научился так считать.

Сверкающие стаканы подлетают к ним очень вовремя, и он хватает свой. С приездом? Со случайным визитом? С возвращением? До нового года еще полчаса.
- За встречу.
Он салютует Крам и выпивает пол стакана разом с развязно-нахальным видом, словно так и было задумано.   
Здесь просто дохрена людей и не совсем, и можно пойти на танцпол в любой момент, затеряться и все, сбежать. А потом можно пожать плечами и сказать что-нибудь вроде "извиняй, это новогодняя туса, все как-то завертелось", и это будет звучать как правда.
Да кому он врет? Теперь некуда бежать.
- Так что, неужто прискакала только ради в клуб со мной сходить?

Отредактировано James Potter (2018-11-06 19:58:30)

+3

6

Well I know that getting you alone isn't easy to do
With the exception of you I dislike everyone in the room

Джеймс берет ее за руку, и их обоих сжимает, словно в вакуум всасывает. Ника не любит аппарацию, но считает ее "необходимым злом" волшебного мира - маггловские способы перемещения почти всегда хуже из-за того, что до невозможности долгие. Но она не пренебрегает ими в последнее время. Секундное состояние пустоты и небытия каждый раз напоминает Веронике о холодном запретом сознании Саши, куда ей больше нет хода.

Джеймс не отпускает ее руки, пока они заходят в Тентакулу через парадный вход, проталкиваются сквозь шумную пеструю толпу пока не находят столик, чтобы упасть за него и делать вид, что ничего не случилось за эти полгода. Это было удобно - Ника не хотела извиняться и оправдываться, а он - ничего не ждал. Она была благодарна ему за понимание и молчание, но не могла отделаться от мысли, что за этим его молчанием стоит что-то еще. Поттер - он легкий, он не задает вопросов больше, чем ты готова ответить, но он всегда знает, что именно и как спросить. Ника вглядывается в его темные глаза выжидающе, с вызовом, с интересом. Чего, черт возьми, он ждет? И почему Новый Год он собрался праздновать один в стриптиз-клубе, а не с друзьями или семьей? Был ли он действительно один, или их скоро ждет прибавление? Ника не была уверена, что готова к людям. По правде говоря, она пережила бы сейчас любую компанию, но знала - Поттер останется единственным, кого она не ненавидит в этой комнате.

— Так что, неужто прискакала только ради в клуб со мной сходить?

Крам усмехается и качает головой.

- Да.

* * *
Ника скучает по Дурслю и сублимирует. Именно так в своих мыслях она оправдывает то, что проводит со старшим сыном Гарри Поттера слишком много времени с самого лета - стоило ему пригнать на своем мотоцикле в Москву и оккупировать кушетку в ее гостиничном номере. Но Джеймс офигенный, и это все усложняет. Они собачатся друг с другом на практике по Зельям, а потом на Трансфигурации он превращает ее кролика в часы, потому что заскучал без ее болтовни. Они несутся над Хогсмидом на его летающем байке, который ему пригнали в деревню на выходные, и у Крам уши закладывает, но в глазах - восторг. Она скажет ему привычное "Ничего особенного", чтобы он не зазнавался, но они оба знают правду. А через пару дней они надирают друг другу задницы на первом квиддичном матче года, и ничья не устраивает ни одного из капитанов. Вероника, привыкшая к вечеринкам уровня ночной Москвы, не ходит на школьные тусовки из принципа, но на Хэллоуин ее позвал ее гриффер, и вот она стоит у входа на разукрашенном пепелище Выручай-комнаты в обтягивающем красном платье и клянется себе, что сломает челюсть следующему, кто присвистнет ей вслед. В семнадцать лет костюмы - это для лузеров.

Джеймса Поттера будто кошки воспитывали! Он не ждет ее у входа - вернее, ждет, но не один: флиртует с Кэт Хорнби с Хаффлпаффа, и та уже строит ему глазки, ненавязчиво заправляя волосы за ухо. Ника не понимает, почему это так ее злит - они с Джеймсом просто друзья, и пусть его подозрительно много стало в ее жизни, они едва ли походили на влюбленную парочку. Хорнби бы куда больше подошла Джеймсу в подружки - миловидная и блондинистая улыбашка, такую полезно иметь при себе зубастому парнише со сложным характером, чтобы не задавала лишних вопросов, не провоцировала и вовремя разминала ему спину, когда день выдавался особенно нервным. Ника же едва сдерживалась для того, чтоб не начать с Поттером по традиции очередную перепалку, когда он приветствовал ее в Большом Зале привычным "Хуютра, жопа" или кидал на Зельеварении в котел ингредиенты так, что до соседних парт брызги летели. Крам заводилась с полоборота и откусывала головы за неверные слова. Джеймс состоял из неверных слов и пары канистр бензина.

- О, я поняла. - Ника возникает рядом с парочкой внезапно и бесцеремонно - перебивает Кэт и испепеляет взглядом Поттера, - Ты типа дохера крутой, да?

Кэт пытается влезть и что-то вставить, но остается незамеченной - Вероника смотрит только на Джеймса, а Джеймс - только на Нику. И это весьма иронично - потому что именно сейчас Крам вдруг понимает, почему миловидные блондинки-улыбашки никогда не смогут заинтересовать Поттера так, как интересуют сложные девчули, поджигающие метлы бывших парней. Приручить дикого зверя и совладать со штормом куда интереснее, чем отстроить домик в деревне и скончаться в нем через сотню лет.

- Стащи огневиски, и мы уходим с этой вечеринки. Она мне надоела.

Когда Ника говорит так, с ней не спорят. Это попросту невыгодно - кто захочет пропускать все веселье, верно?..

* * *
- Вообще-то я собиралась обчистить твою квартиру и свалить на Кайманы, но дернул тебя драккл дверь открыть. - усмехнулась Крам, а затем сделала большой глоток. в горле все будто заискрило на пару секунд - волшебное шампанское всегда пугало Нику своей возможностью удушения. - Но вообще я подумываю о том, чтобы остаться в Британии подольше. С Америкой я завязала.

Вероника и правда думала об этом. Не была ни в чем уверена - она возвращалась сюда, словно поджав хвост, и не знала, нужна ли она здесь. Ей было страшно. И стыдно перед большинством ее британских знакомых. Она хотела бы сказать "друзей", но не знала, есть ли у нее еще здесь друзья. Это несправедливо - но сейчас слишком многое зависело от Джеймса. В его руках были не только их времяпрепровождение в новогоднюю ночь, но и шанс оставить Нику в Британии - или сослать прочь из страны и своей и чужих жизней, если он вдруг посчитает ее деструктивной. Она не скажет об этом ему, и он вряд ли догадается сам, какие мысли бродят в голове Крам. А значит - это отличный повод выпить.

- С квиддичем за океаном не сложилось. И это очень иронично - я с третьего курса выбивала дурь из слизеринской команды для того, чтобы через пару месяцев споткнуться об непроходимый сексизм в крупных командах Штатов. Взрослая жизнь - дерьмо.

Она знала, что он может спросить у нее дальше. Она знала, что это наверняка интересно ему едва ли не больше всего: "А что Вульф?". И Ника молчала, избегая имени Итана как ниндзя, в основном потому, что не знала, что сказать и как объяснить произошедшее. Расстались неделю назад? Он изменил ей с оргией? Не сошлись характерами? О. Мерлин.[icon]http://sg.uploads.ru/DBtNM.png[/icon][sign]http://s5.uploads.ru/4AxqV.png
Поттер одевает <3
[/sign]

+3

7

[icon]http://funkyimg.com/i/2LZga.png[/icon]
Джеймс растягивается в улыбке и пожимает плечами, мол и сама видишь, что да. Он на мгновение забывает, что Кэт стоит рядом, пока она томно не вздыхает, напоминая о себе. Впустую, впрочем. По крайней мере сегодня. Поттер флиртовал с ней постольку поскольку, Поттер водил таких, как она, на свидания, вымораживающие до зубовного скрежета. Все было так сладко и правильно, что блевать хотелось. А потом Поттер брал мантию-невидимку, заправлял байк и зачем-то летел в Москву. Это казалось прикольным пранком, ради которого можно было и яйца в небе поморозить и задницу отсидеть так, что ходить больно. Это чистый азарт, как не попасться властям, как не попасться отцу, что сказать матери о том, что его не будет дома неделю. Джеймс говорит себе, что это способ жить полной жизнью, Джеймс говорит, что это для него самого. Это совершенно не для того, чтобы впечатлить одну недорусскую, чтобы встречи были по хардкору, а не с сахаром на зубах. И ему как-то ещё не встречалось ни одной, кроме неё, которая согласилась бы на что-то подобное. Не то чтобы он не пытался.

Джеймс, как он считает, в костюме самого себя через десять лет. Молод, охуенен, знаменит, квиддичную форму меняет только на кожанку и бывает принят за рок-звезду. Вот Хорнби точно уже клюнула и превращается в довольно хорни. Ника, ему насрать в каком костюме Ника, но когда она надевает такие платья, Поттер задается вопросом, кто кого пытался впечатлить. Если что, она выиграла, но он скорее сдохнет, чем даст это понять. Он старается, очень сильно, смотреть ей в глаза, но смазывается и случайно замечает двух дебилов за ее спиной, мерзко облизывающих ее взглядом. Джеймс смотрит на них «съебитесь лесом или биту в жопы затолкаю», очень ясно читаемый взгляд, который на данный момент способен считать даже любой первокурсник, встретивший Поттера впервые.

Джеймс раскрывает кожанку, обнажает драную майку и торчащую из внутреннего кармана бутылку. - Я знал. Он сделал запасы ещё полчаса назад и не устроил тотализатор, когда Крам подойдёт к нему с подобным предложением, только потому, что спорить он мог бы разве что с самим собой. Дурсля в школе очень не хватало. Кэт громко фыркает рядом с ними и уходит. Поттер даже не смотрит ей вслед, но кричит «приятно было поболтать».

---

- Отличный выбор - Джеймс снова салютует ей стаканом и допивает до конца. Не то чтобы он совсем уж не рад такой компании или внезапности ее появления. Как бы самоуверенно не вела себя Крам, у неё в голове тоже вертелось 33 вопроса, на которые Поттер не спешил отвечать. Он тоже умеет играть в эту игру. - Я бы посмотрел, как ты тащишься на Кайманы со старым комодом. У него ящик нижний отпадает, просто предупреждаю. Можем вернуться, но помогать себе будешь сама. В моих интересах только наблюдение. Он усмехается и смотрит нагловато. - Все равно самое ценное в моей квартире - это я. И это была сущая правда. В последнее время Джеймс не особо шиковал, даже если по сути уже мог себе позволить и комод починить, и заменить скрипучую кровать, и заткнуть ворчащий диван. У него просто не было на это времени с бесконечным торчанием в конторе или парой заказов, которыми он занимался в свободное (не очень) время. Не сказать, что ему не нравился сложившийся бешеный график. Он держал его в тонусе и не давал задумываться о лишнем. Может поэтому Поттер без разбору брался за все дерьмо, которое подворачивалось. На прошлой неделе пришлось травить трехголовых крыс у бабульки в конце улицы, потому что она, видите ли, больше доверяет сыну Гарри Поттера, чем своему внуку или настоящему специалисту по борьбе с вредителями. Ещё и болтать скорее всего будет, но кто б ей поверил? Поттер не боялся, что его спалят за чем-то кроме риэлторства, но и не горел желанием вдаваться в подробности рода своей деятельности при окружающих. При Крам в том числе. Хвастать тут было особо нечем, даже если жизненный опыт и убойные истории копились в неимоверном количестве. А всратость персонажей этих историй практически конкурировала с всратостью их школьной компании.

С Америкой или с Вульфом? - первое, что приходит в голову Джеймсу, но он вздергивает бровь на весть о возвращении и молчит. Можно ли быть до конца уверенным, что это не какая-нибудь пустая ссора, а Ника не просто свалила на недельку в Британию, психанув? Поттер почему-то был уверен, что трабблы с квиддичными командами - не то, что в конечном итоге могло бы выжить Крам из страны. И не то, что не даст ей туда вернуться. Он держал язык за зубами, пока мог себе позволить. - Воистину. За это тоже можно выпить. Штаты проебали охуенного игрока, а в Британии не будешь успевать отбиваться от предложений. Биту тебе подарить? Поттер не очень медленно, но верно набирался. Шёл к цели, так сказать. - Кстати, я тут в букмекеры заделался. Так что можем сделать вид, что ты съездила в штаты на разведку, и начать грести кучу бабла, хочешь?

Отредактировано James Potter (2018-11-07 20:23:12)

+3

8

Не надо думать, что всё обойдётся,
Не напрягайся, не думай об этом,

Всё будет круто, всё перевернётся

Ей семнадцать, и они с Джеймсом снова на грани. Все их перепалки, разговоры, споры, даже их многозначительное молчание - все искрится фейерверками ярче, чем небо на 4-ое июля в Америке, и глаза Крам впервые за многие годы не потухают ни на секунду. Поттер выбешивает ее до невозможности своими подколами, и пассивной агрессией, и наглостью, и хороводом девиц, и тем, как тянутся руки Крам, чтобы стянуть с него эту чертову кожаную куртку... На полу туалета Миртл она смотрелась бы лучше. Они с Поттером сбежали с хэллоуинской вечеринки, прихватив с собой бутылку огденского и все самое интересное на школьной тусовке, укрылись в почти необитаемом месте и кошмарили Плаксу Миртл, настойчиво отказавшись свалить. Нике весело, и, откинувшись спиной к холодному стеклу, она смеется над очередной идиотской (нет) шуткой Джеймса. На подоконнике по стопкам уже разлита новая порция виски, и они опрокидывают ее, не чокаясь, без тостов и лишних слов. Он откидывает назад неуложенную челку, делает затяжку невесть откуда раздобытой маггловской сигаретой и выдыхает дым в лицо Нике, а пальцы его замирают на ее острой коленке. Поттер словно проверяет слизеринку на прочность - как скоро она скинет его руку, отвесит ему пощечину, накричит.
Нике не хочется.

Она пьяна, и в голове ее пусто, звонко и как-то необычайно легко. Поттер - идиот, но, драккл его дери, это ее идиот, от кончиков этих его непослушных волос - до пяток, скрытых тяжелыми "армейскими" сапогами. На каждый свой день рождения близнецы Крам могли пригласить только троих друзей на свое усмотрение - чтобы дети не сорвали светскую "взрослую" часть мероприятия, в которую в итоге этот праздник всегда и превращался. Обычно они с Сашей выбирали три имени вместе - по принципу "вето" и "ладно, этого мудилу я ненавижу меньше всего". Три пригласительных карточки этого года доставила в школу отцовская сова буквально пару дней назад. Саша еще не знал, что в одну из карточек уже было вписано имя Джеймса - Ника сделала это буквально на следующую ночь, понимая, что не готова принимать насчет него возражения или оправдываться перед братом. Если понадобится, она будет просить прощения, но не разрешения. Алекс может вписать любые два имени на свой выбор - так она скажет брату в ответ на его гипотетическое возмущение. Но правда в том, что в этом году она не хочет представлять свой праздник без Джеймса.

Ника протягивает руку и забирает у Поттера сигарету. Секундно вертит ее в руках, осматривает заинтересованно, а затем делает затяжку. "Почти как косячки, только мерзкие". Дым противно скапливается в легких, но Крам не обращает внимания, силится не закашляться, подается вперед, притягивает гриффера к себе за ворот куртки - он и сам склоняется охотно. Носом она почти задевает его нос, когда наконец начинает выдыхать дым от затяжки прямо ему в губы - он даже открывает рот. Спустя еще пару секунд Вероника целует Джеймса, и на губах вновь горчит маггловский табак, но это уже не имеет никакого значения. Ника чувствует, как пальцы Поттера скользят вверх по ее колену, и притягивает Джеймса ближе, забираясь ладонями под его майку.

Они отшутятся утром, что все, что было на вечеринке - остается на вечеринке. Но Ника запомнит. Через неделю она придет снова в чертову Выручай-комнату на очередной глупый студенческий селебрейт, потому что он ее позвал. Придет, чтобы он опоздал на пятнадцать минут, а оказалось, что на год. И когда наутро она столкнется с ним, уставшим, злым и потрепанным, нос к носу, выходя из его собственной спальни с туфлями в руках, она впервые прочтет в его взгляде не фейерверки, а дым погребальных костров. Она не спросит тогда, что он похоронил. Она боится узнать до сих пор.

* * *

Ей восемнадцать, и между ней и Джеймсом словно стен понастроили. Одна охуеннее другой. И Нике сложно, но не то, чтобы она не была к этому готова. Хотя, кого она обманывает - она скорее ожидала мексиканских сцен с битьем посуды об стены и глупых криков о том, как она предала семью, Джеймса, их гипотетическое будущее, дом с белым заборчиком и трех прекрасных собак, которых они растили бы вместо детей. Но Поттер вел себя так, словно еще вчера они пили вдвоем на выпускном, и чувствовался каким-то молчаливым и разбитым. Рассказывал, что заделался букмекером - и словно это не он полгода назад летал как боженька, пугая соперников Трансильванским блоком и замахом наравне с загонщиками Нью-Йоркских Титанов. Его семья - полная чаша, двадцать с хвостиком человек, готовых подхватить, вразумить, приютить, накормить, обогреть, насмешить... А он празднует Новый Год в стриптиз-клубе, пьет и врет. Веронике и всем остальным.

- Да что с тобой такое, Поттер. - срывается с губ Крам, и она понимает, что сказала это слух, слишком поздно, чтобы отшутиться или съехать на том, что ему послышалось. О, он все прекрасно расслышал, и она бубнит себе под нос досадное "Блять", откидывается на спинку и закидывается очередным бокалом хуй-пойми-чего, что заботливо заливают хозяева злачного заведения в этот особенный день. - Ты букмекер, серьезно? Ты был на поле круче всех, кого я знаю, а я знаю много всяких гандонов, с помощью метлы и биты заработавших себе состояние. Что стало с твоей мечтой, малыш? Только не говори, что тебе наскучило.

Еще один большой глоток - о, у Крам настойчивое желание то ли накинуть бабла какой-нибудь девочке, чтобы танцевала для них всю ночь. не позволяя им с Джеймсом разговаривать, то ли устроить Поттеру моральную встряску, и пока больше получалось второе. Она не понимала, что он творит - но не потому, что ей что-то в его жизни не нравилось. Она за него не на шутку волновалась.

- И почему в итоге мы здесь? - она показательно оглянулась, - В смысле, ты не подумай - я всегда уважала Тентакулу, особенно местный бурлеск, но меньше чем через полчаса Новый Год, а из знакомых с тобой рядом только я, заявившаяся к тебе на порог как местный криминальный авторитет. Ты поссорился с семьей что ли? И где Дурсли? Я не собираюсь осуждать тебя или учить жизни, но если ты сегодня всех ненавидишь, я хочу знать, за что на самом деле мы пьем. А ну карты на стол!

Ника показательно стучит ладонью по столу, и бокалы отдаются звоном, расплескивая свое содержимое. Крам лишь тихо усмехается в ответ. [icon]http://sg.uploads.ru/DBtNM.png[/icon][sign]http://s5.uploads.ru/4AxqV.png
Поттер одевает <3
[/sign]

+3

9

[icon]http://funkyimg.com/i/2LZga.png[/icon]
Он уже порядком прибухан, но еще вполне осознает реальность. Рука не дрожит ни разлить спизженный огневиски, ни разведать ситуацию с коленкой. Джеймс и сигареты - это больше позерство, больше ради задымленности для антуражу и выбешивания Миртл. Почувствовать себя бунтарем и сделать вид, что его это не трогает. Поттер много по каким поводам делал вид, а еще просчитал, скорее даже на подсознанке, что если они с Крам нажираются, то определенные границы начинают видеться в легком блёре. Особенно, если все остальное время прикидываться, что во всех сферах жизни границ для тебя не существует вовсе. Творим, что хотим, и что вы нам сделаете?

Джеймс не может сразу сообразить сколько таких поцелуев он уже сорвал, один или сотню. Каждый, конечно, на миллион. Миллион отмаз пьянками и нежеланием вешать ярлыки. Оно просто есть, Поттер знал это наверняка и не особо сильно запаривался. Если не говорить об этом вслух, ничего никуда не денется, но и запариваться не придется, верно? Джеймс плыл по течению и получал свой особый кайф от того, что происходило. Ему, с одной стороны, не хотелось усложнять, а с другой - его почему-то невыносимо выбешивало всякое дерьмо, вроде присвистываний вслед Нике Крам от всяких идиотов, которым бы язык выдрать да зубы повыбивать на раз два. Но он все же звал ее на все тусы к подобным идиотам, чтобы сбегать с них вдвоем и знать разницу.

И позовет ее снова на следующей неделе, чтобы позвать на следующей после той и так до бесконечности. Вечеринки будут меняться, приглашения - нет. Поттер уверен. Как и в своем решении надрать в теплице букет из Алихоции. Цветы в своем романтичном понимании в данном случае - хуйня, а тут и всратый пучок с мелкими белыми цветочками, и листья, которые можно либо скурить, либо добавлять немного в сок по утрам, чтоб день тленным не казался. Поттер бы отдал его Крам вместе с бутылкой мятного ликера и предложением сбежать в Хогсмид и, может быть, угнать его собственный байк, когда он двадцать пять раз пообещал отцу, что не будет его трогать в невыходные дни. И сказал бы, что все, баста, их капитанский союз выходит на новый уровень. И она бы не стала спорить, а если бы стала, он бы скинул ее с байка, чтобы потом поймать. Все бы без слов и ярлыков, просто фактом.
И еще сотня разных "бы", если бы он не опоздал на пятнадцать минут. Наверное. Всегда есть вероятность, что она и сама просто не пришла.

Джеймс честно искал ее, честно навернул алихоции, честно чересчур истерично поржал в ночи над Хогсмидом, потому что лажанул с дозой, честно чуть не въебался в чью-то крышу и разбил бутылку с мятным ликером. Он честно искал, но не догадался проверить в собственной спальне.
Поттер честно вычислит, что из всех она могла бы там находиться либо с Вульфом, либо с жабой Дэнни, потому что больше там никого и не было. Очень честно впихнет ей помятый клубок потрепанных остатков алихоции и уйдет спать. Новые уровни между капитанами запрещены судьбой, судя по всему. И ему все еще немного смешно, но он уже пиздец как устал.

---

Да уж, действительно, отличный вопрос, что с ним такое? С ним нежелание жрать говно отстойной постшкольной жизни. Нежелание говорить об этом, может, смотреть правде в глаза. Да и сдалась ли ему эта правда? Кому станет проще, если он ляжет на кровать в своей комнате у папочки дома и будет ныть с того, что ууу быть взрослым - не так охуенно, как ему мечталось. Не так. Но Джеймс тут полгода пытается подогнать свою реальность под приемлемый, терпимый вариант, и у него даже выходит с переменным успехом. Мечты, они остаются там, когда у тебя есть время мечтать, а дальше ты просто вертишься. Поттер молчит, потому что ему это все уже кажется очевидным, но он не хочет этого объяснять. Ему было впадлу объяснять, ему казалось, что за этим последует еще куча сопутствующих вопросов, и проще было просто отвертеться чем-то вроде "пап, я риэлтор".

Более того, его тошнило от вот этого мерзкого огонька жалости в глазах, помешанной с разочарованием. Впервые он увидел его у матери и, спасибо большое, больше не хотел видеть никогда. Теперь он слышался в возмущении Крам, и Джеймс настойчиво отвел взгляд, допивая намешанное в стакане, упрямо наблюдая за блестящими бюстами здешних девочек и в то же время в упор их не видя.

- Ты уж определись, тебя моя компания устраивает, или мне надо было заранее разослать приглашения по Дурслям и всей моей семье. Джеймс неосознанно ощетинивается, поворачивая голову на звон стаканов. Если подумать мозгом, то можно было и догадаться о том, что Крам беспокоит не отсутствие велкам пати к ее приезду, а как Поттер докатился до нового года в Тентакуле. Он не хотел акцентировать внимание конкретно на этом. - Ни с кем я не ссорился, расслабься. Может быть, случайно послал Дарлу на хер. Ради общего блага - он фыркает в стакан. - У меня все заебись, жопа. Есть работа, есть квартира, Рождество по традиции, Уэйда видел буквально два дня назад, могу себе позволить бухать где захочу и когда захочу. Сегодня хочу здесь. И когда нам нужна была особая причина для того, чтобы пить? Стареешь что ли?

Толпа зашумела сильнее и начала стягиваться в кучу. Минут через десять будет обратный отсчет. - Если хочешь свалить отсюда, так и скажи. Джеймс подразумевал, что свалит вместе с ней, но не факт, что она разглядела это в его глазах на расстоянии стола. - Уже решила, где остановишься?

Отредактировано James Potter (2018-11-11 11:30:59)

+3

10

Джеймс резко ощетинился, и это словно вернуло Нику в реальность, заставило взглянуть на друга повнимательнее. Она так привыкла видеть в нем силу, непрошибаемые амбиции короля и динамику незатухающего олимпийского огня, что иногда просто не замечала, что он тоже человек. Словно забывала, что он может быть слаб, неправ, одинок, может чувствовать себя неуютно, и главное - он имеет на это право. А еще он - Джеймс Поттер, и ни за что не покажет миру собственную слабость. Как любого яжмужика, Поттера приходилось читать между строк и по взглядам, случайно брошенным, когда он думал, что на него никто не смотрит. За всю жизнь Ника окружила себя самыми непробиваемыми парнями, и сам Мерлин велел ей быть к ним чуткой и внимательной; заботиться о них так, чтобы они не замечали, чтобы думали, что справляются со всем дерьмом сами. Ника молчаливо училась пониманию и лояльности, потому что иногда все, что требовалось приунывающему яжмужику - веселая девчуля, безусловно поддерживающая тебя, в какую бы жопу ты ни забрался.

— Уже решила, где остановишься?

- У тебя. - Ника не раздумывала над ответом, не сожалела, не стеснялась. С кем бы он ни жил, если живет не один - эти люди не так уж важны ему, раз Новый Год он встречал в стриптиз клубе с девчонкой, укатившей от него за океан полгода назад. Вряд ли дома его ждет девушка, а если и ждет - значит, подвинется, потому что дорожит он ею явно меньше, чем школьной подругой, сбежавшей из страны и от бывшего. Если бы его девушкой была Крам, она не отпустила бы его черт знает куда одного. Не потому, что не доверяет; она доверяет. Но потому, что никто не должен быть один в новогоднюю ночь. Больше Ника ни секунды не сомневалась, правильно ли поступила, когда из всех лондонских друзей и близких она пришла именно к Поттеру. Он творил со своей жизнью херню, ругался с друзьями, сторонился семьи и показательно храбрился не потому, что такой крутой и дерзкий, а потому, что с ним что-то уже давно шло не так. Именно сейчас Ника самонадеянно решила, что нужна ему так же, как он нужен ей.

- Поднимайся, прямо сейчас мы идем танцевать.

К дракклу неприязнь толпы, толкучку перед последним отсчетом нового года и то, что они слишком круты, чтобы танцевать. К дракклу неудобные разговоры, стеснение и разборки, кто и в чем оказался в жизни не прав. Очевидно, не одна она навернула фаталистичного говна сразу после выпуска, но они как-нибудь разгребут эти проблемы, прогнут под себя изменчивый мир и выиграют главные трофеи, как полагается всякой команде мечты. Они все исправят, но они подумают и поговорят об этом завтра, когда первая волна гнева и стресса утихнет, и рвать друг друга на части не захочется из-за похмелья, пустой головы и приятно расслабленных мышц. Со временем они сделают так, что все будет хорошо. А пока она держит цепко его руку и ведет их в самый центр толпы, потому что они с Поттером созданы для того, чтобы запрыгнуть в самую гущу событий и выйти из нее победителями.

- ДЕСЯТЬ! ДЕВЯТЬ! ВОСЕМЬ!..
Рев толпы и музыка оглушают, и Ника не слышит собственного голоса, когда пытается что-то сказать стоящему почти вплотную от нее Джеймсу. Они в самом эпицентре - Крам даже прилетает локтем под ребра, но она успевает разве что коротко ойкнуть и забить. Внутри поднимается какое-то неясное чувство воодушевление. Обманчивое; но то самое, в которое хочется верить. Слепая надежда 2.0.

- СЕМЬ! ШЕСТЬ! ПЯТЬ! ЧЕТЫРЕ!..
Ника присоединяется к скандированию. Где-то поблизости уже бахают хлопушки, и люди вокруг словно замирают в предвкушении, а на лицах - необъяснимый, но заразительный восторг. Глаза горят даже у скептичной Вероники - она любит подобные празднества. Если честно, лет с четырнадцати других она и не знает. Обычно рядом всегда был только Саша - и такая же шумная разномастная толпа. В ней легче прикинуться другим человеком. Сейчас вместо брата - Джеймс, и после полугода молчания и разлуки они словно действительно заново знакомятся. Где-то в толпе Ника сжимает его руку покрепче и смотрит ему в глаза. Ей охренительно его не хватало.

- ТРИ! ДВА! ОДИН!..
Над головой взрывается миллион волшебных конфетти, откуда-то долетают брызги от игристого шампанского, а толпа взрывается улюлюканьем и радостным гулом. До того, как спадет непередаваемый флер случившегося праздника, Ника привстает на носочки и целует Джеймса. Без всякой задней мысль, лишь новогодняя традиция, коими полнились острова Туманного Альбиона тысячу лет. Она не одинока в своем порыве, но именно сейчас, в первые секунды нового 2023 года никому нет дела до других. Этот поцелуй - не то же самое, что случалось между ней и Джеймсом раньше. Сложно было объяснить, в хорошем или плохом смысле - ведь пьяные поцелуи в принципе тоже были их маленькой традицией. Сейчас это чувствовалось иначе. У Крам под ребрами словно все сжалось, и секундной мыслью в голове пронесся образ Вульфа. Этого было достаточно, чтобы прекратить. Не стыд, не чувство вины, даже не отвращение - просто отчетливое осознание, что она пока не готова. Можно выкинуть бывшего возлюбленного из своей жизни, но не из своей головы. Потянувшись к уху Поттера, она наконец произнесла:

- Новый год будет лучше предыдущего. Я узнавала.


Illegitimi non carborundum
If you cared, there'd be love in the air

Шесть часов утра первого января. Магический Лондон вымер.
Они с Джеймсом, кажется, спустили в Тентакуле на двоих маленькое состояние: покер с двумя колоритными гоблиншами, дартс красными колпаками, бирпонг (кажется, она снова проиграла ему какое-то желание), шоты текилы и слизывание соли с груди стриптизерши, пьяные танцы на барной стойке, трио купленных на час девочек, просто потому что они уже были не в состоянии пить, но все еще было весело. Афтэпати на крыше - и то отгудело, остались только самые стойкие выжившие. Ника в чьей-то оранжевой шубе сидит на бортике, свесив ноги вниз, и глубоко затягивается сигаретой, что отжала у Джеймса несколько секунд назад. Опьянение спадает медленно, и мыслей в голове становится до неприличия много. Почему-то именно сейчас, когда Новый Год встречен, праздник окончен, обиды позабыты - хочется рассказать Джеймсу так много. Язык предательски не слушается, а слова не выстраиваются в предложения.

- Вульф - ебанько. - глубокомысленно изрекает Крам, делает очередную затяжку и передает сигарету Поттеру. Еще пара секунд уходит у нее на то, чтобы понять - очевидно, было бы неплохо подкрепить сказанный тезис красноречивыми аргументами, но так, чтобы не начать наматывать сопли-слезы на кулак. Ну нахуй, он не заслужил. - Давай отправим ему ящик резиновых членов.

+2

11

[icon]http://funkyimg.com/i/2LZga.png[/icon]
Поттер кивнул на безапелляционное заявление новой сожительницы. Он в общем-то был достаточно пьян, чтобы предложить такой вариант самому. Все равно его диван по вечерам был занят только его собственной жопой. Он бы не пожалел о собственном решении даже протрезвев на следующее утро, потому что это Крам, и если ей нужен диван для перекантоваться, то пожалуйста. Даже если бы они не разговаривали десять лет перед этим.
Он был благодарен за то, что она не стала развивать тему, вот поэтому он с ней и дружил. Ника не давила. Он побултыхал мерцающую жижу на дне бокала, выпил и пошел за ней на танцпол. Чужие тела буквально вжимались в него со всех сторон, он иногда закрывал глаза и просто чувствовал эти надушенные тиски, впивающиеся в открытые участки кожи пайетками, кружевом, шипами и прочими атрибутами Тентакулы. Джеймс с таким успехом бежал к свободе в последние полгода, что добежал до свободного падения, а ловила его теперь разве что толпа в стрип-клубе. Сегодня, чтоб не соврать, ловец долбанных Холихедских Гарпий.

Все вокруг начинают орать, зачитывать вслух вспыхивающие над их головами огромные искрящиеся цифры. Джеймс не поднимает головы, не смотрит на то, что происходит вокруг, больше даже особо не чувствует, как кто-то наседает на него со спины или кричит прямо в ухо. Он смотрит прямо на Крам и прекрасно знает, что произойдет, когда они досчитают до конца. Он физически не может слышать конкретно ее голос в общем гомоне, но ему кажется, что слышит. И он начинает повторять за ней. Три. Два. Один.

Он знал и все равно малодушно воспользовался ситуацией. Где-то там за океаном есть Вульф, которого она любит, сама сказала ему, что любит, будто вчера было. И Джеймс очень настойчиво выкидывает эту мысль из головы и всеми силами вкладывает ту, где все окей, и это просто новогодняя традиция. Было бы нихрена не проще и проще одновременно, если бы утром оказалось, что ему все приглючилось, и Ника не возвращалась в Англию, и он не прижимал ее к себе посреди вакханалии, и не целовал ее, и она не целовала его в ответ, и не обещала ничего хорошего в новом году. Ему вообще-то восемнадцать и хочется легкой жизни. Спасибо большое за суперспособность врать самому себе во благо. Теперь можно пойти устроить какой-нибудь дестрой. 

---

Джеймс, сгорбившись, сидит на бортике рука об руку с Вероникой, но спиной к краю. Он буквально чувствует как руку щекочут ворсинки ее новой хер знает откуда взявшейся шубы, а спину - пустота. Наверное, потому что сидит он в одной рубашке с наполовину оторванным рукавом, болтающимся где-то у локтя каждый раз, когда он поднимает руку, чтобы сделать затяжку. Поттер периодически слегка подрагивает, потому что первого января на крыше, обдуваемой Лондонскими ветрами, не то чтобы припекало. Кажется, пальцев он уже не чувствует.
Джеймс бездумно ковыряет коленку, пытаясь отодрать от штанины какие-то блестяшки, они приклеены намертво, а Поттер настырный. Он помни все какими-то урывками, яркими всполохами, и это как раз то, чего ему не хватало в последнее время, - хорошей тусни в компании кого-то вроде Ники Крам. Другое дело, что не существовало больше никого вроде Ники Крам, кроме самой Ники Крам, так что ему, по всей видимости, просто повезло.

Он не сразу соображает, о чем она говорит и причем тут Вульф. Потом до него доходит, что он был в некоторой степени прав, они там просто посрались в своей Америке, Итан проебался, и вот она здесь. Но сейчас для него это уже побочная инфа, Джеймс полуспит и думает, как бы не наебнуться с крыши. Он подумает об этом все попозже или не будет думать вообще, пока Крам в один прекрасный день не столкнется с ним в дверях снова и не скажет что-нибудь вроде "заебись были каникулы, я полетела обратно". А сейчас, окей, если Вульф - ебанько, значит ебанько, и Поттер не будет интересоваться почему. 

- Кусачих - он еле ворочает языком. - Ящик кусачих резиновых членов. Он зачем-то решает пояснить, хотя и так все было понятно. После каждой фразы Поттер берет паузу, не только ради сигареты, но и потому что говорить сложно. - Вдруг он обычные еще по назначению использует, обрадуется. Он бросает короткий взгляд на Крам, а потом обратно на унылую трубу напротив.

- Не спрашивай. Я теперь живу практически в Лютном. Мы живем. Добро пожаловать.

+3


Вы здесь » HP: Count Those Freaks » Завершённые эпизоды » friends in town


Рейтинг форумов | Создать форум бесплатно © 2007–2017 «QuadroSystems» LLC