шаблон анкеты
гостеваяхочу к вам
сюжетfaqканоны гп
внешности и именатруд и оборона
«...Что стоит за попытками миссис Грейнджер привлечь внимание фотокамер и быстропишущих перьев на свою, простите, Ж.О.П.? Тоска по первым полосам газет? Жалкие попытки поверженного колосса вновь встать на глиняные ноги? Или же нам действительно стоит ждать триумфального возрождения из пепла? Пока что нельзя сказать наверняка. Собранная из ближайшего окружения Грейнджер, Женская Оппозиционная Партия вызывает больше вопросов, чем ответов, — и половина из них приходится на аббревиатуру. Воистину, годы идут, а удачные названия по-прежнему не даются Гермионе Грейнджер...»
«Воскресный пророк» 29 августа 2027
ОЧЕРЕДНОСТЬ
BLACK NOVEMBER. DOWN THE RAT HOLE. Chapter 1 - Николас О'Кифф
BLACK NOVEMBER. DOWN THE RAT HOLE. Chapter 2 - Трейси Поттер
BLACK NOVEMBER. DOWN THE RAT HOLE. Chapter 3 - Арчибальд О'Кэрролл
Пост недели
от Майлза Бенсона:

Жизнь в лютном была такой насыщенной, что Майлз мог с полным правом похвастаться: с ним всякое бывало. Ну там, воришки, пытавшие спиздить из лавки хоть что-нибудь ценное. Более толковые воры, пытавшиеся спиздить что-то вполне определенное. Авроры и хит-визарды — о, этого народа у него в гостях побывало просто немеряно, они любили нагрянуть с утра и все обнюхать, выискивая запрещенку и конфискуя мелочь для отчетностей. Иногда в лавку подкидывали какую-то неведомую ебань, замаскированную под артефакты, один раз прилетела даже сова с непонятного происхождения посылочкой. >> читать далее

HP: Count Those Freaks

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » HP: Count Those Freaks » Настоящее » look who just walked into the room


look who just walked into the room

Сообщений 1 страница 6 из 6

1

look who just walked into the room
«Everything that mattered is just a city of dust covering both of us»

https://i.gifer.com/CWiR.gif

ВРЕМЯ: октябрьский вечер, 2027
МЕСТО: шатер «Аркануса»
УЧАСТНИКИ: Troye Walsh, Ida Vos

КРАТКОЕ ОПИСАНИЕ:
Трой пришел за ответами, а у Иды их нет.

Отредактировано Ida Vos (2019-03-21 12:08:03)

+2

2

Люди в сверкающей одежде, животные, которых он видел только на картинках в книжках, гам, мини-фейерверки, восхищенные вздохи. Арканус - это атмосфера праздника. Для Троя поход в цирк стал словно вторым днем рождения в этом году. Ему было пять или шесть, когда мама привела его туда. Они ели искрящее мороженое, и на самом деле он мало что запомнил, кроме общего ощущения восторга. С тех пор прошло больше десяти лет, а Арканус, кажется, не изменился.
Стоя посреди снующих мимо него людей возле входа в шатер, Уолш заранее ощущал, что это одна из самых вдохновляющих вещей, случившихся с ним за последнее время. Он не вполне осознанно ощущал твердый уголок скетчбука в рюкзаке, и разрывался между желанием войти и нерешительностью. Чем быстрее начнется шоу, тем быстрее оно закончится, и после ему придется сделать то, зачем он пришел. Найти Иду Вос.
- Идешь, приятель? Шоу вообще-то интереснее смотреть изнутри. Отсюда детали теряются - какой-то мужчина хлопнул его по плечу и улыбнулся. Уолш вернулся в реальный мир и перевел на него взгляд, перестав пялиться на вывеску. Он, наверное, выглядел глупо, простояв на месте несколько долгих минут. Трой мог бы съязвить, но прикусил язык и кивнул. Мужчина кивнул в ответ и исчез в шатре. Уолш втянул воздух через нос, задержал его в груди на несколько секунд и пошел внутрь, стягивая лямку рюкзака с одного плеча, чтобы достать скетчбук. Иногда ему проще смотреть на мир с карандашом в руке. Как фотограф с его объективом.
Трой вышел из шатра одним из последних. Выбежал скорее, потому что затянул с деталями, и теперь ему нужно было найти кого-то из труппы, желательно сразу Иду. Но все, на кого натыкался взгляд, были простыми зрителями, и Уолш уже знал, что упустил свой шанс. А еще он знал, что сделал это намеренно, как бы ни старался убедить себя в обратном. Просто струсил и нашел себе отмазу. Эм любезно напомнил ему об этом прямо перед тем, как Трой нервно бросил зарисовки в рюкзак и сорвался с места.
- Уверен, что вообще хочешь ее найти? Эм продолжал гнуть свою линию, а Трой притворялся, что игнорирует. Но чтобы доказать свою правоту и желание, выловил какую-то девушку из толпы, улыбнулся ей своей самой очаровательной улыбкой и выспросил, где можно найти обитателей Аркануса. Она была так любезна, что выдала ему куда больше информации, чем он в принципе ожидал от нее получить.
- Солсбери. Ответил он Эм, и это должно было прозвучать, как "уел".

---

По сути это Эм его уел, подтвердив бухое заявление Стива, что найти биологического отца было бы прикольно. Прикольно, да. Трой настолько привык жить в своем драматичном мире с матерью в больнице и ебанутым отчимом, что почему-то даже не особо задумывался, что где-то существует его третий родитель. Точнее не задумывался о том, что тот может понадобиться ему... а, собственно, для чего? Может быть, для того, чтобы целенаправленно съехать уже из этого токсичного особняка или, наоборот, узнать, что он мудак, и понять, в кого он сам таким уродился. Что он не первый выродок в семье. - Меньше самокритики, больше дела - комментирует Эм, и Трой продолжает рыться в комнате матери. Его бабушка с дедушкой унесли секрет с собой в могилу, а их отголоски личностей на фамильном портрете прикидывались занятыми или вовсе уходили с полотна каждый раз, когда он поднимал тему. От мамы вообще сложно было добиться ответа на какие-то вопросы. И на этом его источники были исчерпаны.
В ее старой комнате Уолш рылся редко. Вообще никогда, если не считать поиска чего-то конкретного по запросу колдомедиков. Теперь ему было немного стыдно, словно он занимается чем-то запретным, влезает в ее личную жизнь. И только Эм удерживал его здесь, и ладно, немного - любопытство. В коробке в шкафу, как банально, нашлись старые колдографии времен Хогвартса. Мона Уолш была на них такая молодая и счастливая, и беспечна настолько, насколько Трой ее никогда не видел. Она уже была руководителем компании, когда он начал осознавать мир. Руководители вряд ли могут позволить себе беспечность.
Трой уперся в дно коробки гораздо раньше, чем ожидал, и нахмурил брови. Снаружи она казалась больше. Он приложил ладонь к гладкому картону, и "дно" испарилось, открывая ему еще горстку всяких девчачьих мелочей и писем. Скорее всего сработала какая-то фамильная магия, и Троя все равно кольнуло ощущение, что он неосознанно ей воспользовался. Бижутерия его интересовала мало, за исключением пары колец, которые он отнесет ювелиру, а затем будет носить сам. А вот письма. Одно из них было датировано 2008 годом, годом его рождения, и Уолш сразу оживился, потому что с кем бы она не переписывалась в это время, есть вероятность, что этот кто-то знал ее, или знал о ее положении. Трой смотрел на пергамент, не разворачивая его, и вздрогнул, когда в комнате с хлопком появился домашний эльф. - Мистер Аллен дома.
- Спасибо, Пэкс. Не говори ему, что я был здесь.
Родерик не должен был знать, что Трой роется в своем прошлом. Он забрал все письма, закрыл коробку и сделал вид, что его не было в этой комнате.
Самым ценным в письмах, как оказалось, было имя отправителя. Некая Ида Вос.

---

Чтобы добраться до Солсбери, нужно было провести за рулем почти два часа. Трой любил водить, так что это не было проблемой. Проблемой был тот факт, что у него было два часа на то, чтобы передумать. Он барабанил пальцами по рулю в такт песням на радио, подпевал им же и всячески делал вид, что все в порядке. Но все не было в порядке, потому что он какого-то хера был напуган до усрачки. Глупо, потому что он едет всего лишь к Иде, а не знакомиться с отцом. Но справиться с мандражом почему-то было сложно.
- Ты пожалеешь, если не встретишься с ней.
- Я знаю.
Это останавливало его от того, чтобы развернуться и поехать обратно. К тому же теперь он был слишком близко к лагерю труппы, чтобы разворачиваться.
Циркачи смотрели на него с любопытством, но как на чужака. Уверенности это не придавало. Он в своей яркой гавайской рубашке, по идее, должен был хоть немного вписываться в яркий коллектив. - Здравствуйте, где я могу найти Иду Вос? - он обращается к какой-то старушке и поднимает руку, чтобы нервно потеребить локон. Вместо этого он неловко хватает воздух у плеча, потому что снова забывает, что отстриг волосы. Старушка смотрит на него подозрительно, но в конечном итоге, наверное, не находит его угрожающим, поэтому молча указывает пальцем, и он, проследив направление, видит рыжеволосую женщину.- Спасибо.
Теперь она тоже его увидела, поэтому развернуться и уйти будет просто нелепо. Он шагает ей навстречу и сжимает письмо в руке.

- Меня зовут Трой. Я - сын Моны Уолш, помните ее? - он протягивает ей потрепанное письмо.

+1

3

Выбрать местом для зимовки Британию, наверное, было не самой лучшей идеей - лучше было бы отправиться куда-нибудь на юг Европы или даже на Карибы, например. Волшебный цирк всегда себе дел найдёт, потому что какое-никакое количество волшебников есть везде, да и «зимовка» на то и была зимовка, что это было временем продолжительных каникул без выступлений, чтобы дать всем отдохнуть. Ну и не только отдохнуть, конечно же: незримая глазам зрителей работа продолжалась в «Арканусе» каждый день, даже когда пару месяцев они не давали шоу совсем - они придумывали и оттачивали новую программу. Это в начале прошлого века кто-то из Идиных предков мог просто сообщить «на арене демимаска» и посетители уже восхищённо улюлюкали и охали. Теперь нужен был сценарий, какое-то шоу, которое развивается определенным образом - просто выгнав на арену хоть уменьшенного в размерах украинского железнобрюха публику уже не удивишь: они стали более искушенными и капризными. И Ида прекрасно это знала, поэтому «Арканус» до сих пор пользовался популярностью, окупая свои гастроли раз за разом. Пусть именно заработка большого у них и не было, а все заработанное уходило на корм животным, еду людям и новые костюмы, но циркачи другой жизни не искали - их вполне устраивал именно такой расклад. Сложно сказать, по какой причине тот или иной выходец из этого разномастного лагеря с разноцветными палатками (волшебными, разумеется) все еще оставался здесь, с цирком и его обитателями, потому что у каждого были на то свои причины. Кто-то даже скрывался от закона, правда так, что и сама Ида об этом не знала. Знала бы - указала бы на выход прочь при первом же случае, который хоть как-то может отразиться на цирке. У всей труппы была на первом месте командная работа. Они, такие абсолютно разные, со своими разными (в основном, сложными) судьбами, все равно были семьей. И эта семья иногда была искреннее и дружелюбнее, чем некоторые настоящие семьи. Например, как семья Иды, о которой она предпочитала не рассказывать, кроме деда, разумеется, потому что дед ее и вырастил, и в цирке разрешил помогать, и именно от него она унаследовала это детище, которое любила столь нежно, сколь любила бы своего собственного ребёнка, которого у неё не было, и, вероятно, не будет никогда, потому что она была не уверена в том, что такие, как она, могут иметь детей.
Тут стоит отметить, что причина, по которой цирк обосновался в этот год именно в Британии, как раз была связана с настоящей семьей Иды. Неизвестно, зачем и почему, но она последнее время была едва ли не одержима идеей отыскать своего отца, а те ничтожные зацепки, что ей удалось откопать, уводили сюда, в Великобританию, куда-то в район столицы. Цирку не хватило бы места прямо посреди города, пусть даже в волшебной его части, поэтому нужно было, заручившись парой разрешений в местном министерстве магии и помощью квалифицированных сотрудников, которые обеспечивали защиту от не-магов, обустроиться где-нибудь поблизости, чтобы легко добираться до столицы, но в достаточно просторном месте. Ида почему-то просто не вспомнила ничего лучше и ближе цирку по энергетике, чем Стоунхендж, который находился в трёх километрах пешком через холмы к Западу от лагеря.

- Скажите, а Стоунхендж - древний цирк? - маленькая Энни, «дитя Аркануса», как называла Ида всех детей, рождённых на территории лагеря, подергала ее за широкую штанину, на которой были изображены слоны - индийские шаровары были любимой одеждой Иды, когда она была дома, то есть на территории лагеря. - Он же тоже круглый!
- Какое интересное наблюдение! - Ида улыбнулась малышке, запуская руку в карман и вытаскивая оттуда леденец, отдавая его девочке. - Никто точно не знает, моя милая, ни волшебники, ни обычные люди, зачем он был нужен, но это неплохая идея. Что если мы с тобой запишем ее на бумаге и отправим каким-нибудь важным ученым-историкам на рассмотрение с нашей почтовой совой?
- Ой, а так можно? - с опаской уточнила Энни. - Тогда я пойду скорее придумывать, что им написать! И нарисовать можно?
Ида засмеялась и кивнула, подталкивая девочку за плечи со сквозняка прочь, с какой-то долей грусти глядя ей вслед и задумываясь о чем-то своём. Ровно до тех пор, пока не слышит своё имя где-то сбоку и не оборачивается, чтобы увидеть молодого человека приятного вида, который, становится очевидно, разыскивает именно её.
Он подходит ближе, Ида внимательно выслушивает, кто он такой, после чего заключает Троя в объятия.
- Здравствуй, мой милый мальчик. Как хорошо, что ты пришел! Пойдём, пойдём, - она манит его за собой, уводя к своему шатру и приглашая внутрь. - Я была немного обеспокоена, когда твоя мама перестала писать! Что с ней случилось? - она внезапно нахмурилась, предположив самый худший исход.

+1

4

Объятья для Троя становятся неожиданностью. Он неловко замирает, не успевая среагировать, и стоит как истукан со все еще зажатым в руке письмом. Очевидно, Ида знает, кто он такой, но почему мама никогда не рассказывала ему про Иду – загадка. Он замечает, что люди вокруг смотрят на них заинтересованно, и ему это не нравится. Словно они влезают в его мирок без разрешения, словно готовы сбежаться и начать задавать вопросы, на которые он не хочет отвечать. К счастью, мисс Вос быстро отстраняется, так что Трою не приходится ничего говорить. Он сует письмо в карман и следует за ней к шатру, кажущемуся убежищем. Но впечатление обманчиво, потому что Ида задает вопрос, от которого у Троя холодеет внутри. Пару недель назад он возвращался домой из Лондона довольно поздно. Уже стемнело, Уолш отвлекся на то, чтобы сменить радиостанцию и вдруг прямо перед ним на дороге оказался какой-то пес. Трой тормозил как никогда, а потом, тяжело дыша и вцепившись в руль, сидел и смотрел в глаза остолбеневшей в свете фар собаке. Сейчас он ощущал себя этим псом. Его не сбили, но волна осознания чего-то неизбежного уже нахлынула. Он ведь догадывался, что прозвучит что-то подобное, но все равно оказался к этому не готов.

---

- Перкс вырастил их в саду – комментирует Трой, придерживая в вазе ирисы и вертя их так и эдак, чтобы букет не распадался – красивые, правда? Уолш, удовлетворенный результатом, оставляет вазу на столике у окна и оборачивается к сидящей на кровати матери. Та смотрит на него так, словно понимает, но кивает лишь спустя некоторое время. Сегодня лучше, чем бывает иногда, так что Уолш в относительно хорошем настроении. Он всегда старается держаться хорошего настроения, когда навещает Мону, иначе она расстроится тоже, и лучше от этого не станет никому. Он вздыхает и садится на стул у стола. – Трой – вдруг окликает его мать, и это отличный знак, сегодня она его узнает. – Я была в саду здесь.
- Да? Там тоже выращивают ирисы? – сразу же отзывается Уолш, надеясь поддержать хрупкий разговор.
- Ирисы? Я не знаю, о чем мы?
Трой разговаривает с ней еще некоторое время, терпеливо объясняя, что такое ирисы, треплется о еще каких-то цветах в саду особняка. Он оставляет ей набросок сада, который успел накидать карандашом, пока говорил. Вряд ли он вспомнит, конечно, но Трой все равно часто оставлял ей рисунки. Ведущий ее случай колдомедик, Уинн, говорит, что иногда она их рассматривает. Так что, это все, что нужно Уолшу, чтобы продолжать их оставлять.

---

Трой осознает, что молчит слишком долго, и выныривает из воспоминаний о последнем визите в Мунго. Ему сложно сформулировать ответ на вопрос Иды. Потому что он сам случился со своей матерью. – Она попала в больницу – коротко отвечает Уолш – несчастный случай. По сути, он не врет. За девять лет он научился признавать, что это действительно несчастный случай, но слова все равно горчили на языке. Потому что он то знал, что, или вернее кто, был причиной этого несчастья. – Вы… - мерлин, как же сложно было с ней разговаривать! Трой, который обычно за словом в карман не лез, мямлил как отсталый и разве что не трясся, продолжая стоять на входе в шатер. -… вы знали, что я приду?
Он читал письма. Там не было ничего существенного, Мона редко рассказывала Иде про сына, но складывалось впечатление, что они либо встречались лично вне переписки, либо общались между строк. И Уолшу все никак не удавалось уловить этот их шифр. Может быть они просто дружили. Не обязательно иметь какую-то большую страшную тайну, чтобы просто дружить. Может быть он ищет подвох, секреты и шифры там, где их и нет вовсе. Разве не за этим, в частности, он пришел? Найти человека, который бы знал его маму чуть больше так, как знал ее он. Не Аллен, не коллеги по работе. Даже если Ида не приведет его к отцу, то было бы здорово через нее проложить мостик к Моне. Как только он перестанет трястись, разумеется.

0

5

Первая ее вылазка на гастроли куда-то с материковой Европы, на которую ее взял дед, решив, что она достаточно хорошо усвоила все уроки волшебства, которые ей преподавал частный педагог. Конечно, девушка все еще иногда грустила, что ее не отправили в школу, хотя она и хотела этого, но сейчас ей было все проще отпускать эту ситуацию, ведь у неё был дед, был цирк, да и магией она научилась владеть достаточно сносно, хоть и не было в ней сил, доступных тем, в чьей крови не было никакой примеси. В цирке у неё не было самых настоящих друзей, да и сверстников в тот год не было - новые дети были слишком малы, Ида возилась с ними вместо няньки, пока их родители были на репетициях или шоу, а сами молодые артисты были немного старше - Ида для них была пока еще «мелкой внучкой директора» - к ней относились хорошо, потому что она давно была вхожа в эти круги, но с некоторым отстранением, и ей пока только предстояло показать свою лояльность и преданность делу, чтобы заслужить всеобщее доверие и любовь. Откровенно говоря, Иде иногда было скучновато, хотя дед и отпускал ее абсолютно одну гулять по Хогсмиду, рядом с которым обосновался цирк в этот год, и по волшебным улочкам Лондона, но ей хотелось больше, она ведь впервые была за границей во время гастролей, а не скучной зимовки, которая подразумевала очень много репетиций и работы без шоу.
- Возьмите программку? - Ида протягивает яркий буклет, на котором танцуют мини-слоники ярких цветов, проходящей мимо девушке. Та выглядит немного растеряно, подходя к шатру, и вместо того, чтобы взять программку, протягивает Иде свой билет.
- О, нет-нет, это дальше, - мотает головой Ида, но незнакомка, видимо, чем-то опечалена или расстроена, потому что пропускает ее слова мимо ушей, находясь где-то в своих мыслях.
- Пойдем, я провожу, - сдаётся Ида, забирая билет и утаскивая девушку за руку под полог цирка.
- Меня Мона зовут, - сообщает новая знакомая.
- Девочки, улыбочку! - окликает их фотограф, которому дед выписал разрешение поснимать сегодняшнее шоу для выставки колдографий. Он ловит их врасплох - они не знакомы, но улыбаются и машут ему.
***
Шатёр Иды снаружи отличается от других разномастных палаток вокруг лишь двумя признаками: в него можно войти, не пригибаясь и он насыщенного цвета спелой вишни с золотистыми абстрактными узорами. Внутри шатра тепло и просторно, как в любой волшебной расширенной заклинаниями палатке. Здесь все самое необходимое - место для сна, скрывающееся за ширмами, небольшая кухонька, на случай, если Ида решит поесть отдельно, хотя циркачи предпочитают принимать пищу все вместе в большом центральном шатре-навесе, некое подобие импровизированного кабинета и даже собственная ванная. Это не выглядит стерильно чистым, Ида вообще не очень-то аккуратна, когда речь заходит об идеальном порядке: то тут, то там можно встретить какие-то части от костюмов, перья от боа или реквизит.
- Устраивайся, не стой там! - Ида указывает на кресло, которое не стоит на полу, а свисает с потолка, закреплённое на одной из балок, поддерживающих полог. - Будешь чай? А хотя, что я спрашиваю, конечно же будешь, - она кивает, перетащив чайник на одинокую газовую горелку. По дороге забирает со стола колдографию, ту самую, которая была сделана в первый день их знакомства. У Иды на столе вообще какой-то алтарь людей, которых больше нет с ней рядом, но которых она искренне любила. Всех по-своему. Там есть и фото деда, и фото первого ее увлечения, и еще с десяток разных колдографий, на которых запечатлены разные люди (и не только люди).
- Вот, - она протягивает рамку Трою, потом понимает, что он не спешит заходить, берет его за руку и практически насильно тащит внутрь, чтобы он наконец сел, а не переминался с ноги на ногу. Сама же Ида устраивается сидя в гамаке напротив кресла, скрестив ноги по-турецки, и стягивая с плеч объемную вязаную кофту - в шатре тепло, несмотря на уличную сырость и прохладу, потому что осень уже вступает в свои права по всей Британии.
- Очень жаль, что так случилось... Может быть, я смогу навестить ее вместе с тобой? Или это невозможно? - она и правда с удовольствием пришла бы в гости. - Я надеялась, что получу хоть какую-то весточку... После того, как Мона перестала писать прошло довольно много времени, я не знала, где ее искать, по тому адресу, с которого она писала, я никого не застала, - Ида пожала плечами. - Тебя тогда еще не было, когда мы познакомились. Мы две недели провели вместе, общались и хорошо подружились, но потом я с цирком уехала дальше гастролировать, а твоя мама осталась здесь... Мы переписывались. Достаточно долго.
Ида вздохнула, гипнотизируя взглядом чайник на горелке, из носика которого только-только начал появляться тоненькой струйкой белый пар. Ей почему-то было неловко посмотреть на Троя, хотя она и отличалась почти полным отсутствием комплексов на этот счет - здесь, в цирке, личное пространство казалось чем-то сродни выдумки для аристократов, все спокойно смотрели друг другу в глаза, не шарахались от прикосновений или объятий. А вот сейчас ей почему-то было сложно, как будто она ощущала какую-то свою вину, хотя ее вины, кажется, не было ни в чем.
- Я не ждала, я не умею предсказывать будущее и мы здесь, в цирке, живем сегодняшним днём. Но если ты пришел, значит так распорядилась судьба, и ей было угодно свести нас именно сегодня и сейчас. Так что, рассказывай, что тебя беспокоит?
Иде было не важно, пришел ли Трой за каким-то советом, попросила ли его Мона, или в его визите была еще какая-то цель. Он здесь - значит она примет и выслушает его в любом случае. Потому что она чувствует, что так и нужно.

+1

6

Трой продолжает топтаться на входе, потому что весь этот шатер похож на ловушку. Он зайдет, и она захлопнется за его спиной. Может быть, он разочаруется в том, что Ида на самом деле ничего не знает, может быть в том, что знает и не скажет, а может быть в том, что она скажет. Уолш почему-то заранее начал готовить себя к разочарованию и одновременно уговаривал не параноить.
Он притворяется, что рассматривает внутреннее убранство, но на деле все проскальзывает мимо взгляда. Это точно в новинку для парня, который моментально улавливает детали, чтобы потом перенести их на бумагу.
Трой недоверчиво смотрит на свисающее с потолка кресло и отмечает, что такая неустоячивая конструкция вряд ли поможет ему расслабиться. Ида его замешательство умело обходит стороной, предлагает чай и принимает решение за него же. Чай так чай. Уолш успевает сунуть письмо в карман, поэтому руки как раз свободны, когда она сует ему в руки рамку. Он не успевает посмотреть, что в ней, потому что его уже тащат внутрь. И ощущения почему-то ровно такие же, как когда он падал в омут памяти, спрятанный в кабинете Моны. Уолш вполне осознает, что ведет себя довольно глупо, сам же пришел. Стягивает лямку рюкзака с плеча и бросает его рядом с креслом, в которое наконец-то опускается. Требуется пара-тройка телодвижений, чтобы оно перестало хаотично раскачиваться, и Трой мог сидеть ровно. У Иды, напротив, никаких проблем с неустойчивыми поверхностями. Она вообще, кажется, пребывала в максимальной гармонии со всем, что ее окружало. Ида была... красивая. Куда красивее, чем передавали афиши. Уолш опустил взгляд на рамку, чтобы не пялиться. И снова уперся в Иду, только помладше. И в маму. Такие колдографии стояли в бывшей спальне дедушки с бабушкой. Мона всех возрастов на комоде.
Они все-таки дружили, но тайна - отчего Мона отправляла письма не с домашнего адреса - все еще не раскрыта. Если учесть то, как были спрятаны письма, переписка с Идой точно не должна была стать общественным достоянием. Почему она скрывала их дружбу?
- Вы ее не узнаете. Или она не узнает вас. Трой горько усмехается. - У нее была травма головы. Колдомедики залечили рану, но повреждения мозга оказались им не под силу. Так что... бывают хорошие дни, когда она узнает людей или может поддержать разговор, но такие бывают реже. Чтобы посетить палату Моны Уолш, нужно специальное разрешение эээ Министра Магии. Родерика Аллена. Я зову его Dick и так уж вышло, что мы живем в одном доме. Идиотское правило, которое должно было перестать работать, как только Трою исполнилось семнадцать, и он получил право принимать серьезные решения. - Думаю, я смогу вас провести в любом случае. Он бы сделал это чисто ради того, чтобы пойти наперекор Аллену. Потому что пусть подавится своими разрешениями. И разрешит сам себе сходить на хер.
Уолш почувствовал, что разговорился, и стало понемногу отпускать. Хотя до самого главного они еще не дошли.
- Ей здесь где-то семнадцать, да? Он кивает на колдографию в его руках. - Она родила меня, когда ей было семнадцать. Скорее всего Ида уже догадалась, о чем хочет спросить Трой. Но то, что не поперла из палатки - хороший знак.
- Вы знаете, кто мой отец?

0


Вы здесь » HP: Count Those Freaks » Настоящее » look who just walked into the room


Рейтинг форумов | Создать форум бесплатно © 2007–2019 «QuadroSystems» LLC